Панкреонекроз ещё не приговор

Началось

Поболит да перестанет, не в первый раз. Лет двенадцать до того как, боли в районе солнышка то появлялись, то пропадали. Терпимые были, так что заскочишь в аптеку, от печёнки чё-нито возьмёшь, алкоголь ограничишь, вроде как и проскочил. Первый серьёзный звонок был в июле 2014-го. Завернуло не по детски, единственно что смог, так это добраться до кухни, взять полторашку воды и обратно в постель. Провалялся двое с половиной суток, даже до телефона дойти не мог. Да и звонить было некому. Мои на югах отдыхали. Одна мысль только сверлила,вот сдохну и всю хату провоняю. До приезда их дня четыре было.

Теперь же боль накатывала до потемнения в глазах. Сбегал в кабинет- сходить не чем, одна вода, выполоскало тоже водичкой. А отпускать не хочет, уже глюки на подходе, вот и стукнул соседям. Парнишка их скорую вызвал, позже соседка подошла, до моей дозвонилась… Не прошло и часа, скорая нарисовалась. Ну доктор только глянул: “Собирайся”. А я собран уже, сосед упаковал. Как ехали помню смутно. Но доехали.

В приёмном отделении отработали быстро. Раздели, катетер в мочевой, трубку через нос в желудок, наскоряк побрили и повезли в рентгенкабинет. А я уже отлетаю, то врублюсь, то в аут уйду. Стоять не могу, на стол взгромоздить меня не могут, в итоге, стол не понять под каким углом развернули в вертикальной плоскости и я смог уцепиться за какие-то хреновины. Девчата выскочили из кабинета, меня сфоткали, они тут же залетели и подхватили меня, пока не свалился.

ПИТ

В следующий раз сознание меня посетило в ПИТе, я позже узнал как это называется. Глаза открыл - лежу весь в трубках, капельницах, народ что-то гудит… Понять что говорят и толком разглядеть ничего не успел, отъехал. Очнулся на операционном столе. Доктор спросил о наличии аллергии, пообещал зашить дырочку и наложил маску. Я потерялся…

Пробуждение было ужасным. Во рту страшная сухота, в голове не понять что творится, всё тело затекло так, что не пошевелиться. Руки привязаны, что также не добавляло комфорта. Голова наполовину свешена с правой стороны кровати. Пытаюсь что-то сказать, не могу. Скосил глаза - в районе живота какая-то гора. Позже, когда стал соображать, при перевязках увидел, какую кучу салфеток, подгузников, трубок на мне укладывают и сверху всё стягивают простынёй, пропущенной под спину. После выписки насчитал восемнадцать дырок. Жуть, короче.

Так я выглядел через два месяца после того, как...

Первые шаги к выздоровлению были похожи на блуждания по пустыне, когда в голове сплошные миражи и жуткая жажда. Ощущения, что язык обмотан наждачкой и старается выскрести изо рта остатки слизистой. Воды не дают от слова вообще.

И тут в палату входит моя Оленька. Смотрит на меня сквозь слёзы, а я думаю, что опять мерещится. Потом врубился - она. Доктор, что оперировала, видно не надеялась, что выкарабкаюсь, потому и разрешила зайти на пару минут. Вообще-то туда не пускают. Позже доктор интесивки говорил мне, что выживают 1-2%. Чем-то жутковатым веет от такой статистики. А ещё старшая медсестра обрадовала мою, когда она за справкой на получении пенсии приходила, что с такими мучениями по отходняку и в дурку отвозят, реально так башню срывает.

Мне тоже что только не приблазнилось. И Он приходил, молча так, с укором посмотрел на меня какое-то время, слегка покачал головой и растворился. Картина маслом: перед глазами вроде как светлый прямоугольник. В правом верхнем углу Он, не такой как на иконах тощий и измождёный, а рыжеватый нормостеник с овальным лицом и небольшой бородкой. Слегка курчавый. С левой стороны, чуть ниже по расположению тёмная фигура, как бы закутанная с головой в простынь, очертания неясные . Чуть правее от неё и пониже ещё одна. И ещё одна там же, как поясная фигура, снизу листа. Что сие значит не знаю и судить не берусь, но было ощущение, что я находился в сознании. Была ночь, только на посту слабый светильник.

Натуральные кошмары тоже помню хорошо, но это бывал конкретный бред, потому что тонко граничил с реальностью. Находясь там и приходя в себя, точно понимал где нахожусь. Там такая шняга меня донимала, что и говорить о ней не хочется. Может в другой раз.

А лечение шло своим ходом. Каждое утро, заступающая на дежурство, сестра готовила всем сёстрам по серьгам. То бишь выстраивала кучу банок, пластиковых пакетов, ещё чего-то там, для каждого жителя данного помещения. Лежали там и мужчины и женщины, но, думаю я, считали нас лицами бесполыми, так как больше мы были похожи на овощи, не считая тех, кто собирался нас покинуть. И вот всю заготовку разносили по страждущим и жаждущим лечения. Моя доза не всегда умещалась на реанимационную стойку и не всегда прокапывалась за сутки, иной раз шла с переходом на следующий день.

В итоге, когда подняли меня на этаж, сёстры с отделения не могли найти куда капалку поставить или укол вонзить. Вены ушатали напрочь. Даже правая подключичная не выдержала перегрузок.

Всё бы оно ничего, так у меня ещё пневмонию посттравматическую, врач, которая оперировала, обнаружила. Она постоянно в ПИТ приходила, делала назначения, контролировала процесс выздоровления, в общем. Ну тут началось. Несколько лёгочных пункций, добавились банки для капельниц, пошли антибиотики. Ну тут я вроде как при памяти уже был, ушами стриг всё, что меня касалось. С пневмонией справились.

Несколько раз слышал как наш доктор говорил по телефону, глядя на меня, что состояние тяжёлое стабильное. Значит золотце моё до них дозванивается. Беспокоится, моя хорошая. Вот только дурак ей достался, сколько крови своими выходками попортил. Нет, за жизнь пальцем её не тронул, но ведь обидеть и по другому можно. Сейчас, переосмысливая жизнь, на многое по другому смотрю.

Палата

Всё таки, через две недели лёжки, я добился перевода в палату в отделение. Получается что раньше срока, но так лежание осточертело, ходить хотелось. Только, как оказалось, не совсем получалось. Короче, выцыганил я себе дембель из ПИТа. Сёстры под присмотром хирурга повытягивали с меня трубки, какую-то сигару, ещё что-то, перевязали уже попроще. Затем пришли санитарки, перегрузили меня в коляску, забрали манатки и вперёд, на этаж.

И вот я в палате. Сгрузили меня на кровать. Сижу. А делать-то ничего практически не могу. Трусы умудрился как-то натянуть, ну а носки, товарищи по несчастью помогали. Прилёг, отдохнул, захотел по маленькому, трубок-то больше нет, топать в толчок надо, а встать не могу. Встаю, держась за кровать, а идти ни как. Да, думаю, попандос. Судно просить, али как? У соседа справа, гляжу, палка есть, тростью-то её не назовёшь, ну Вы поняли. Попросил, попробовал потихоньку, получилось. Поплёлся еле как. По возвращении звоню маленькой, она шустрая у нас, так она мне махом такую опору притаранила. Правда по лестнице ещё неделю не мог спускаться.

Так и начал жить в палате. Обход, капельницы, уколы, перевязки. В ПИТе не ел вообще, дошёл до ручки, да и здесь не тянуло. Принесут творог да ряженку из дома, вот мал-мало и поклюю. В столовую ходил конечно, но там редко что-то на еду похожее было. Вот я и думаю, если, как говорят, при такой болячке нужен холод, голод и покой, почему мне удалось выкарабкаться. Так я дожил до выписки.

Вот стакой путёвкой в жизнь я вернулся домой

Сестра на перевязке сказала, что на её памяти, с таким диагнозом впервые так быстро выписывают. Ну я не виноват, говорю ей, получилось так. И продолжил лечение, если можно так этот процесс назвать, амбулаторно. Первые две недели жена меня на такси на перевязки и на приём возила. Потом постепенно сам начал добираться. У нас до поликлиники нормальным шагом 10 минут хода, я за 40 доходил не спеша. Проторчал я на больничном почти четыре месяца. С работы пришлось уйти, работник стал из меня никакой. До сих пор обращаются - консультирую. Но работу это не заменит, вот и начал в интернете искать возможности, точнее продолжил.

Прошло уже два с половиной года. Живу на таблетках, на гормонах. От безделья набрал лишнюю двадцатку, что не есть хорошо. Радует, что пока нет диабета, так как поджелудка практически не работает, да и нечему там работать. Мало что от неё осталось.

Проблему эту я себе создал сам, алкоголь употреблял не по детски. Денег хватало. Постоянные возлияния, когда не за рулём, тихо меня убивали. А ведь не одного похоронил с такой болячкой, но всегда кажется, что меня минует чаша сия. Не минула, не проскочил.

Для чего я вообще решил затронуть эту тему. Если кто читает эту статью, задумайтесь. Прислушайтесь к своему организму, всё ли там как надо работает, не пора ли ТО провести или перекур вредным привычкам устроить. Когда я очнулся, у меня одна мысль была: “Ну зачем меня вытащили? Почему не дали уйти?” А позже задумывался, а ведь я нужен жене, детям, внукам. Они любят меня, и им очень тяжело будет потерять меня. Потому и живу, и пытаюсь работать. Хотя доселе, дольше двух часов за компом просидеть не могу, прилечь нужно, вытянуться, снять напряжение.

Заключение

Не хочу никого учить прописным истинам, учителей по жизни и так больше чем достаточно. Но когда приблизился к краю и заглянул в пропасть, приходит понимание, что этого можно было легко избежать. Всего-то, на последней развилке, нужно было пойти другой тропинкой. Всю жизнь нам говорят, что учиться на чужих ошибках выгоднее во всех отношениях, но понимание этого приходит слишком поздно. Иногда и не успевает.

Поэтому хочу всем пожелать здоровья. Берегите себя, ведь Вы очень нужны Вашим близким.

Если вам по прочтении статьи есть что рассказать людям, поделитесь своими мыслями в комментариях.

Понравилась статья? Поделись!

Нет комментариев

Добавить комментарий

Отправить комментарий Отменить

Сообщение

Счётчик Яндекс-Метрики